Русские

Команда — как отточенный механизм. В отряде «Свои» нет случайных людей. Здесь каждый — ас. Судмедэксперт не просто заглядывает в прошлое через тело: он умеет находить ответы на вопросы, которые другие не осмеливаются задавать. Экстрасенс распутывает невидимые нити, чувствует тени за событиями, где логика буксует. Патологоанатом действует хладнокровно, почти математически, но в его тишине рождаются разгадки самых запутанных гибелей. Криминалист вглядывается в хаос, чтобы вычленить точку опоры —

Ира Арефьева долго училась терпеть. Николай был для окружающих будто правильным — бывший полицейский, спокойный взгляд, крепкое рукопожатие. Только дома порядок поддерживался кулаком. После одной из бессмысленных ссор, когда страх накрыл пеленой, Ира решилась — собрала сумку, оставила родные стены и исчезла. В родном городе её спрятала Лара — верная подруга, умеющая молчать, когда иначе нельзя. Пока Ира пыталась вспомнить собственное дыхание, муж Лары вышел в море и вернулся с находкой: сумка,

Ирина всегда жила ради семьи. Дом — как утренний кофе: уютный, привычный, с легким шлейфом чужих забот. Муж Игорь — полицейский, строгий, собранный, умел создавать иллюзию надёжного плеча. Круиз должен был стать их общей передышкой, отпуском, которого Ирина ждала столько лет. Но у мужа вдруг срочные дела — он остаётся, а она уезжает одна. Всего на несколько дней. Море оказалось коварным. Той ночью теплоход накрыло бедствием. Ирина каким-то чудом оказалась среди уцелевших. Жизнь — да, а вот свою

Даша привыкла держать всё под контролем. Работа спорится в её руках, бизнес растёт, свободное время расписано по минутам. Про замужество она не думает — успеет, жизнь ещё длинная, а дел невпроворот. Обычный визит к врачу рушит уверенный ритм. Врачница говорит спокойно, но каждое слово звучит как тревожный колокол: времени почти не осталось, если Даше суждено стать матерью — этот шанс короток, ускользает. Вскоре в жизни появляется Макс. Он необычен: галантен, легко улыбается, умеет заставить

В семье Кати и Насти всё давно решают не люди, а старинные правила — и, конечно, мамины карты. Младшей не позволят быть счастливой раньше старшей, так заведено поколениями. Мать в любой ситуации бежит к тарологу, будто без совета карты день не наступит. Те, словно в сговоре с суевериями, твердят одно: первой должна свадебное платье надеть Катя. А Катя не спешит ни с чем — особенно с браком. Ей по сердцу давно другой успех: она уверенно ведёт за собой мир программ и алгоритмов, коллеги называют

Татьяна всегда думала, что ее жизнь упорядочена и пронизана предсказуемостью: уютная квартира в наследство от родителей мужа, забота о доме, готовка, обычные семейные хлопоты. Илья работал в мэрии, а она, следуя его воле, давно распрощалась с мечтой о профессии. Диплом по криминалистике пылился в ящике; единственная отдушина — запойный просмотр детективных сериалов. Когда правда ударила по голове — Илья не просто изменяет, а на самом деле уходит к своей секретарше и требует, чтобы она, Таня,

Анна — хозяйка уютного ателье, куда редко заглядывает кто-то, кроме ее постоянных клиентов. В этих тихих стенах прячется ее мир, выстроенный вокруг единственного близкого человека — сына. Антон вырос без отца: мужчина погиб, когда младенцу не исполнилось и месяца. С тех пор Анна словно выстроила вокруг себя невидимую стену. Друзья и прошлое остались за пределами этой крепости — особенно подруга Вероника, с которой их связывали долгие годы, оборванные ровно в тот день, когда рушился ее брак.

Нина Шишкина с виду живёт так, как хочется многим. Она любит рисовать, работает в галерее, дома всегда ждет заботливая мама Катя и спокойная, мудрая бабушка Елизавета Сергеевна. Рядом ходит Сева — ухоженный, надёжный, будто идеальный жених. Но за тихой семейственной картинкой скрывается узкая клетка: родные следят за каждым её поступком, деньги за работу капают редко, а Сева, если честно, больше тоскает своим упрямым карьеризмом, чем радует. Однажды к Нине попадает выставка работ художника из

На лесной опушке под Ленинградом разливается сизый утренний дым. Здесь, рядом с деревней старообрядцев, находят сгоревшее тело. Слухи вспыхивают моментально: якобы очередное жертвенное самосожжение, будто из теней семнадцатого века. Интернет вычерчивает картинки — мистические ритуалы, древние обряды, проклятия. Но следователь Лена Рыбкина не из тех, кого можно обмануть атмосферой. Она видит банальное преступление за густым туманом суеверий — обычное, почти циничное убийство. Помощь приходит

Роман Инский возвращается в Красноярск не ради ностальгии — лишь по работе. Короткая командировка, пару встреч, новые сделки. Вечер он проводит в ресторане, где время вдруг сходит с привычных рельсов. За соседним столом — женщина, чей взгляд заставляет уронить стопку льда в душе, потому что она точно Лена, та самая, что погибла много лет назад. Сердце будто рвётся навстречу: разве это возможно? Роман не находит слов. Мир становится зыбким, полным призраков и знакомых черт. Он тоскует по