Триллеры

В центре этой истории — Евгения, женщина, чью жизнь внезапно крушит чужая безнаказанность. Её будни были просты и понятны: муж, маленькая дочь, семейные прогулки — и вот однажды, вторгается трагедия. Несчастный случай на дороге вырывает из её рук…

В центре «Фейка» — Рита, женщина, привыкшая держать себя в руках и внушать это своим ученикам. Она работает преподавателем, отдает все силы школе, стараясь дать ребятам то, чего недополучила сама — поддержку и веру. Но однажды за привычной…

Доктор Валерий Лунин всегда шел по краю, балансируя между чужими тенями и своими. Он — психиатр, чьё мастерство в чтении заложенных в людях трещин стало незаменимым для следователей, расследующих тяжкие преступления. Но после череды изматывающих дел Лунин понимает, что загрузка стала непосильной, и решает уйти. Этот шаг даётся ему тяжело, но адвокатировать себя у него всегда получалось хуже, чем разбирать чужую боль. Едва он закрывает за собой дверь, как обстоятельства сталкивают его с ФСБ.

В начале двухтысячных российские туристы, словно в азартной лихорадке, вновь потянулись к морю. Солнечные пляжи, прозрачные волны — казалось бы, отпуск обещает только тепло и безмятежность. Но за фасадом курортной идиллии таится нечто пугающее:…

Старший следователь Нина Нестерова — человек, о котором в ведомстве говорят осторожно: для одних она — гений, для других опасная идеалистка. Нина не ищет лёгких задач. Знает цену слухам, но привыкла вглядываться глубже. Увидев в сводке новостей про страшный пожар в захолустном ночном клубе, она связывается с молодым провинциальным следователем — Комаровым. Никита Комаров ещё не до конца понимает, почему именно ему приходит предложение работать в столице, но что-то в интонации Нины не даёт

Капитан Одинец всё ещё удивлялся — насколько глухо может быть в сердцах провинции. В его глазах этот город казался запертой шкатулкой, где за каждой дверью дрожит чужой секрет. Тревожные звонки — подростки исчезали, когда день уже клонился к концу, и чужие окна гасли поодиночке. Оксана Полисевич, детский психолог с привычкой слушать без слов, ходила рядом с Сергеем. Она умела замедлять шаг перед пустыми качелями. — Здесь всегда так тихо...? — бросала она мимоходом, словно ловя тень ответа в

Накануне отставки Глеб Точилин получает дело, противоречащее здравому смыслу. Один мужчина бросается под поезд — его тело находят, везут в морг. На следующее утро Алексея Быстрова нет среди покойников: он будто встал посреди ночи и ушёл. Никаких свидетелей, никаких следов — только головоломка на стыке жизни и смерти, как будто бы иронии ради подброшенная карьерному следователю. В поисках пропавшего тела Точилин сталкивается с Юлией Дёминой из Института мозга — женщиной поразительно собранной,

В Новоадмиралтейском районе Петербурга жизнь давно перестала быть спокойной. Улицы здесь не терпят слабых, а тень опасности застилает даже дневной свет. Случай переворачивает всё: бывший полковник Игнатьев, просто проходивший мимо, замечает подозрительный автомобиль возле переполненного торгового центра. Секунды — и привычный кадр принимает оборот триллера. Игнатьев моментально оценивает угрозу, уводит начинённую взрывчаткой машину на безлюдную парковку. Взрыв оглушает, но жертв среди прохожих

Двадцать два года назад жизнь Саввы круто изменилась — связался не с теми людьми, оказался крайним. Убийство, суд, годы за решёткой. Казалось бы, всё позади: свобода, любимая женщина, новая, чистая глава. Но прошлое не отпускает — тащит назад, не даёт вздохнуть спокойно. Чужие голоса: угрозы, шантаж, нервное ожидание беды. Его надежда тускнеет, он срывается — решает сам разобраться с теми, кто сломал его судьбу. Месть становится его новой целью, но старые тайны едва раскрываются, а он уже

Лазарев — человек с пустотой вместо воспоминаний. Он приходит в себя, словно на холодном ветру: ни имени, ни прошлого. Только чутьё и натренированное тело выдают в нём не обычного прохожего. Всё вокруг — знаки, которые он вынужден читать, чтобы не утонуть. Оказывается, его жизнь крепко связанна с восьмым, самым мрачным отделом секретной службы. Перед ним — единственная, почти хрупкая нить, держать которую значит остаться живым: не дать в чужие руки новейшее оружие. Всё, что осталось, —