Русские

Мила Пятница ещё не успела толком почувствовать себя взрослой, а уже оказалась втянута в серьезное расследование. Работа в Управлении МВД — не та практика, о которой она мечтала, но выбора не было. Только выпускной маячил на горизонте, а впереди — дело, где на приторный запах антикварных секретов накладывался острый привкус смерти. Убит антиквар Власов. Криминальная хроника — вживую и без купюр. Главного подозреваемого находят прямо на месте преступления: рядом с телом, бессильного, словно и он

На роскошной пейнтбольной площадке неподалёку от Петербурга находят тело. Один из постоянных игроков клуба, а теперь — жертва странного, демонстративного убийства. Исполнено всё с пугающей исторической точностью: способ казни будто взят из летописей Древней Руси, где оскорбивших клятву ждал неотвратимый смертный приговор. Скоро выясняется: это не единичный случай. В соседних странах — похожие сцены. Возмездие настигает людей, в прошлом дававших некую присягу, которой предали. Все, кто погиб,

Кирилл Андреев давно привык к риску. В прошлом — спецназовец, сегодня — телохранитель, человек, который должен предугадывать беду. Но в ту ночь план раскололся как лёд под ногой. Вместе с Костей, товарищем по службе, он вошёл в западню: поодаль — тени, крики, вспышки выстрелов. Для Кирилла всё это казалось замедленным кино. Уцелел — это то слово, что позже бушевало в голове. Он выжил вопреки всему. Но полиция уже выбрала наблюдателя — теперь он главный подозреваемый, его имя мелькает в сводках

Макарыч никогда не был героем чужих историй — просто стареющий таксист, человек без роскоши, с потёртым плащом и глазами, в которых застряло безразличие города. Его жизнь шла как по рельсам: работа – дом – зоркие взгляды прохожих, вечная нехватка времени, чаевые в кармане. Всё меняется внезапно. Убийство политика Ремезова — город будто замер, а с ним и Макарыч: теперь не пассажиров возит, а по коридорам полицейского участка блуждает, главный подозреваемый, едва ли не враг народа. Дети, взрослые

Светлана привыкла к жизни, где солнце вращается вокруг нее – привычки, желания, капризы для нее в порядке вещей. Мир казался создан для того, чтобы удовлетворять каждую ее прихоть. Так было до того дня, когда все привычное рухнуло. Нападение на улице — мгновение, и память обрывается, словно перерезанная нить. Незнакомые лица, чужая крыша, скрип пола, детский смех — вот новый дом, где каждый день приходится учиться выживать заново. Тимофей, простой работяга с руками, пахнущими цементом, и

Валерий Ободзинский никогда не был похож на окружающих. Уроженец Одессы, он шаг за шагом поднимался от обычной жизни до самого Олимпа — когда его чистый, почти неземной голос заполнил собою сцены страны, сложно было представить, что когда-то он пел во дворе, среди простых ребят. Слава нахлынула внезапно: билеты исчезали быстрее хлеба, женщины писали письма пачками, а мужчины украдкой пытались копировать жесты певца. Ободзинский не пел о пятилетках и идеалах державы — в его голосе звучали

Алена всегда жила напролет, как в скорой помощи — только вперед, без паузы. Недосып, суета, вечные больные, что хватались за руку, словно за спасательный круг. Где-то между вызовами она мечтала о доме и уюте — такой простой женской радости. Свадьба была почти реальной: вот-вот, чуть сбавить обороты… Но Кирилл вдруг исчезает, бросив вместо себя тяжелый долг, словно камнем на шею. Преследовать, выяснять, плакать — некогда, в дверь уже стучат те, с кем не торгуются. Алена вынуждена искать способ

Мария — не из тех, кого забудешь за углом жизни. Где бы ни появлялась, атмосфера менялась: кто отступал немного в сторону, кто тянулся узнать её получше — всегда настороженно, с трепетной любознательностью. Прозвище у неё прилипло колкое — Козаностра. Не для красоты. От неё веяло силой, спокойной, как мощная река подо льдом. Два года жизнь Марии текла далёко от дома. Итальянская командировка — испытание и закалка, где она научилась держать удар, заочно командовать и быстро оценивать людей.

В Каменном людей мало, зато историй — на несколько поколений вперёд. Здесь каждый слышал шёпот о загадочной хозяйке здешних земель — Марии Тумановой. Легенда идёт из глубины шахт: мол, когда-то златоглазая княжна, прозванная Василиской за зелёный прищур, правила изумрудными приисками с неведомой властью. Перед самой смертью, говорят, она тайно спрятала свои богатства в окрестностях поселка, а неугомонную душу оставила на страже, наложив страшное проклятие на тех, кто осмелится посягнуть на её

Рита и Игорь — будто сложенные из двух неожиданных частей одного живого организма. Он — зрелый врач с морщинками смеха у глаз и привычкой отпускать острые замечания. Она — значительно моложе, но внутренне так же надёжна и уверена, как и он. Разница в возрасте? Для кого-то — повод для пересудов, для них — разве что источник иронии. В клинике они неразлучны. Там нет места сценам или ревности: между Ритой и Игорем органичное, лёгкое понимание. Сложных ситуаций у них хватает, но каждый стресс