Мелодрамы

До катастрофы Наталья словно парила между радостью и беззаботностью. Любящий муж рядом, дом наполнен уютными мелочами — жизнь сложилась, как хотелось ей самой. Всё оборвалось в один страшный миг. Мгновение — и крики сирен вырывают из покоя. Потом глухая боль больничных стен, ожидание врачей, ощущения, словно сама находишься где-то между явью и забытьём. Её муж не вернулся с того света. Наталье досталось только ошеломляющее одиночество. Выйти из больницы оказалось страшнее, чем попасть туда.

Вера держит всё в железном кулаке — ни одна мелочь не ускользнёт от её взгляда. Она умеет улыбнуться так, что все чувствуют: спорить бесполезно. В прошлом осталась любовь, ушедшая вместе с мужем, пропавшим где-то среди чужих континентов. Он исчез почти на рассвете — и с тех пор Вера будто разучилась позволять слабость. Теперь на ней — две дочери, взрослые, самостоятельные. И ещё — семейный бизнес, уютный, старомодный отель с пожелтевшими фотографиями на стенах. Всё здесь дышит её присутствием:

Светлана снова ступает по улицам родного города. Глухая провинция, знакомые дворы, голосистые воробьи на опустевших летом каштанах — всё напоминает детство. Здесь остался отец. Его голос в телефонной трубке стал слабым, а просьбы – невыразимо трогательными. Света быстро понимает: нужно бросить столицу, важный офис, беготню за карьерами, в которых нет ни капли родного. Она устраивается в местный банк. В кресле директора – Антон, тот самый парень, о котором она часто вспоминала ночами в Москве.

Наталья — из тех, чья жизнь на первый взгляд выглядит безупречно. У неё прочный брак, уважение коллег и уют в доме, где редко звучит ссора. Она давно уже не просто учитель, а любимый наставник для десятков учеников. Второй муж, Стас, успешен и внимателен, сын Ваня учится, строит взрослую жизнь, радует смелостью и умом. Всё кажется правильным. Но под этой безмятежной гладью прячутся острые камни. Случайная мелочь разбивает привычный порядок: Наталье открывается, что Стас скрывает от неё слишком

Светлана привыкла к жизни, где солнце вращается вокруг нее – привычки, желания, капризы для нее в порядке вещей. Мир казался создан для того, чтобы удовлетворять каждую ее прихоть. Так было до того дня, когда все привычное рухнуло. Нападение на улице — мгновение, и память обрывается, словно перерезанная нить. Незнакомые лица, чужая крыша, скрип пола, детский смех — вот новый дом, где каждый день приходится учиться выживать заново. Тимофей, простой работяга с руками, пахнущими цементом, и

Валерий Ободзинский никогда не был похож на окружающих. Уроженец Одессы, он шаг за шагом поднимался от обычной жизни до самого Олимпа — когда его чистый, почти неземной голос заполнил собою сцены страны, сложно было представить, что когда-то он пел во дворе, среди простых ребят. Слава нахлынула внезапно: билеты исчезали быстрее хлеба, женщины писали письма пачками, а мужчины украдкой пытались копировать жесты певца. Ободзинский не пел о пятилетках и идеалах державы — в его голосе звучали

Алена всегда жила напролет, как в скорой помощи — только вперед, без паузы. Недосып, суета, вечные больные, что хватались за руку, словно за спасательный круг. Где-то между вызовами она мечтала о доме и уюте — такой простой женской радости. Свадьба была почти реальной: вот-вот, чуть сбавить обороты… Но Кирилл вдруг исчезает, бросив вместо себя тяжелый долг, словно камнем на шею. Преследовать, выяснять, плакать — некогда, в дверь уже стучат те, с кем не торгуются. Алена вынуждена искать способ

Мария — не из тех, кого забудешь за углом жизни. Где бы ни появлялась, атмосфера менялась: кто отступал немного в сторону, кто тянулся узнать её получше — всегда настороженно, с трепетной любознательностью. Прозвище у неё прилипло колкое — Козаностра. Не для красоты. От неё веяло силой, спокойной, как мощная река подо льдом. Два года жизнь Марии текла далёко от дома. Итальянская командировка — испытание и закалка, где она научилась держать удар, заочно командовать и быстро оценивать людей.

В Каменном людей мало, зато историй — на несколько поколений вперёд. Здесь каждый слышал шёпот о загадочной хозяйке здешних земель — Марии Тумановой. Легенда идёт из глубины шахт: мол, когда-то златоглазая княжна, прозванная Василиской за зелёный прищур, правила изумрудными приисками с неведомой властью. Перед самой смертью, говорят, она тайно спрятала свои богатства в окрестностях поселка, а неугомонную душу оставила на страже, наложив страшное проклятие на тех, кто осмелится посягнуть на её

Рита и Игорь — будто сложенные из двух неожиданных частей одного живого организма. Он — зрелый врач с морщинками смеха у глаз и привычкой отпускать острые замечания. Она — значительно моложе, но внутренне так же надёжна и уверена, как и он. Разница в возрасте? Для кого-то — повод для пересудов, для них — разве что источник иронии. В клинике они неразлучны. Там нет места сценам или ревности: между Ритой и Игорем органичное, лёгкое понимание. Сложных ситуаций у них хватает, но каждый стресс