Драмы

Анастасия появилась во дворце внезапно — словно легкий ветерок с греческих холмов. Еще вчера она слышала лишь громкий говор родины, а сегодня — сдержанную мелодию гарема султана Ахмеда I. Ее необычная красота удивила всех. Девушку прозвали Мехпейкер — Луноликая. Ахмед отмечает ее среди прочих, но без восторженного избытка. Он дарит второе имя — Кёсем, ту, что должна быть самой любимой.Годы проходят рядом с султаном. Мехпейкер рожает ему тринадцать детей. Хроника двора заполняется хлопотами,

Дым рассвета висит над дрожащей землей. Каиане, молодой вождь, сжимает холодное копье. Ветер приносит вести — на горизонте враждебные короли теряют терпение, чужие корабли мечтают о новых берегах. Между скал и трещин старой земли ему предстоит поручить себе самое трудное: собрать врагов у одного очага.Гавайские острова бурлят враждой. Кровь на песке, жесткие уговоры, взгляды — острые, как кораллы. Каждое поселение держит свои легенды, пророчества, тайные обиды. Союз невозможен, кажется — все

Лазурное побережье греет асфальт и души. Сесиль, семнадцать, раскована до солнечных пятен на плечах. Лето — праздник свободы, а отец, Рэймонд, уже не тот пример взрослости, скорее друг, вечный ловелас. Рядом — легкомысленная Эльза. Вилла шумит голосами, воздух пахнет морем, солью и беспокойством юности. Сесиль живет жадно, как будто каждый день — последний. Пляж, загар, короткие диалоги, нескончаемые поцелуи с Сирилом — её новый роман всерьёз. Над припалёнными книжками смеётся, выбирает

Джамал — красавец, авантюрист, тот, кто всегда смеётся в лицо невзгодам. В Казани он был тем, кто меняет правила, пока не пришлось бежать. Москва встретила его холодно, но Джамал умеет находить лазейки даже в ледяной столице. Уже на второй день он очутился там, где его лёгкость и хвастливое обаяние стали козырем: элитная Школа отношений, где чувства продаются с гарантией успеха. Ему с азартом предлагают работу — здесь главное не стесняться человеческой природы. Валерия Шамина, директор, не

Пётр Первый — человек, в котором огонь никогда не угасал. Его не устраивали застывшие порядки, скучный уклад древней Москвы. Он требовал перемен и не стыдился ломать привычное. Ранние годы прошли в среди заговоров, тревог и сурового самоучительства. Пётр рос на чужих ошибках, тянулся к европейским новшествам с жадностью подростка, готового рискнуть всем. Он видел страну, упрямо стоящую на пороге нового времени, но вязнувшую в древних запретах. Работал не покладая рук. Учил ремесла, строил

Алиса впервые ступает на гладкий паркет новой квартиры. Простор разливается по углам, окна ловят питерский свет, но ключ к этому месту — зеркало, необычное и настороженное. Оно не отражает её полностью — какой-то отблеск нарушает привычную симметрию. Однажды в этот разлом входит чужой взгляд. Алиса замирает: в её отражении — не она, а парень, вечный гость шумных вечеринок. Его зовут Иван. Он смотрит с хитринкой, будто сам не верит увиденному. Каждый вечер старая рама превращается в тонкую

Где-то между неожиданностью и отчаянием — вот так обычно приходит настоящая перемена. Он рос в золоте — богатый вдовец, стены его дома помнят и чужие голоса, и одиночество, в котором блестят фамильные портреты. Она — женщина, переставшая бороться с судьбой, бывшая уборщица, носившая тяжёлые сумки и чужие секреты в кармане. Их жизни не должны были соприкоснуться, и уж тем более — связаться навсегда. Они встречаются не по собственной воле. Ошибка, допущенная в холодных стенах роддома много лет

Отряд Гиреева простился с протяжёнными волжскими берегами, где степное солнце лениво касалось воды. Теперь их путь лежит в край иное место — туда, где булыжники шлифованы прибоем, а перед глазами просторное, южное море. Сочи встречает гостей пышным великолепием и беспокойством. Для туристов — оживлённый рай со стонами цикад, для спасателей — неумолкающий вызов. Город живёт собственной жизнью: повсюду шум рек, зелень гор, узорчатые пещеры, авантюрные спуски по бурлящим потокам. Здесь отчаянные

Все сходятся на крымском берегу: семья Жилиных снова вместе, хоть и не по собственной воле. Старый дом пахнет минувшими годами. Николай, суровый замкомандира симферопольского «Беркута», возвращается с военной прямотой. Андрей, его брат, точный, нервный — московский хирург. Наталья, их сестра — преподаватель гимназии, в голосе и походке у нее что-то тяжёлое и не отпущенное. Они приехали хоронить отца. Только под крышей родного дома, где когда-то был их общий смех, — теперь настороженность,

Москва, 1968 год. Институт красоты живет ожиданием перемен, но в его сердце — Лев Преображенский, главврач, мастер скальпеля, для многих — кумир. Все в нем — отточенный профессионализм и непоколебимые убеждения. Он не прогибается под авторитетами, не склоняется перед влиятельными клиентами. Его репутация держится на честности, пусть и неудобной для системы. Переходы жизни Льва Григорьевича — через острые углы. Он отказывает влиятельным людям: знает — не всем мечтам следует сбываться за деньги