Боевики

У Сергея Есаулова всё разложено по местам. Должность инспектора ГАИ — не повод для парадности, зато стабильность. Ирина — строгая, эффективная, решает судьбы в качестве федерального судьи. Дом обжит, устал от тишины, где Таня, их взрослеющая дочь, пытается быть взрослой наполовину, на спор со временем. Конфликт, словно укус неуловимой змеи, сначала мелкий, потом вдруг ядовитый. Водоворот суеты, беседа на высоких тонах. Сергей ещё надеется, что утро будет прежним, но всё меняется за одну фразу,

В глубине зачарованного леса осталась только Соня. Последняя из рода, чья магия — не роскошь, а бремя. Она держит баланс — спасает свои земли, хранит древние секреты, может заговорить с ветром и услышать дыхание корней. Этот покой рушится, когда Император Дрейган разворачивает войну разума и прогресса. Его человекам не нужны чудеса: они жить научились металлом и формулами. Войска врываются в лес, как буря. Соню схватывают, уводят прочь от родной тишины. Тёмные коридоры дворца, запах машинного

Смерть Нетейама повисла над домом Джейка и Нейтири, будто холодная тень в вечнозелёных джунглях Пандоры. Ощущение пустоты — непрошеный гость, он не уходит ни днём, ни ночью. В этой скорби всё кажется хрупким: слова трескаются, жесты теряют уверенность, даже привычная красота их мира становится тусклей. Джейк молчит дольше обычного. Нейтири стискивает зубы, чтобы не расколоться. Но покой не обретён даже в страдании. В синей дали появляются Аш-люди — На'ви из другого племени, чужие,

Двадцать восемь лет. Словно целая вечность для земли, которая привыкла к страху. Эпидемия уже не в новинку. Осталась только привычка прятаться, надеяться — порой бездумно, часто отчаянно. Мальчик живёт где-то на окраине мира, который давно перестал быть домом. Он не занимается детскими проделками. Он не мечтает о будущем — его мысли прочно приклеились к одной цели. У него есть мать. Она лежит, бледная, глазами ищет хоть намёк на спасение. Болезнь держит её на грани, вытягивает силы. Все надежды

На дворе шестидесятые. Витрины сверкают неоновым светом, облака мечтаний летят выше крыш. Рид смотрит на мир сквозь призму науки, не отпуская блокнот с расчетами. Сью уловила перемену в воздухе: что-то грядёт, и на этот раз обычная смелость не спасёт. Джонни, с его вечным огнём, рвётся в бой, а Бен держит кулаки за спиной, готов встречать беду лицом к лицу. В этом ретро-футуристическом мире привычное уходит на второй план. Семья становится бастионом — и не только перед лицом угрозы. Когда

Нужен был тот, кто не просто подчиняется приказам, а умеет действовать там, где обычная логика пасует. Фрэнк Дребин-младший — этот человек. Его уверенность никогда не выглядит показной, а чуть фыркающая ирония спасает от груза чужих ожиданий. В полицейском управлении знали: если большому делу грозит провал, нужно звать именно его. Команда ждет чёткого лидера. Фрэнк подходит, но делает это по-своему. Он не разглядывает в людях функциональные детали. Старается видеть слабые стороны, играя именно

На краю шумного Стамбула, где узкие переулки сливаются с оживлёнными дворами, Чукур стоит особняком. Здесь много лет королями остаются Кочовалы. Их слово — закон, их власть неоспорима. На уличном солнце, под взглядами соседей и спорых мальчишек, все мелкие банды платят им без лишних вопросов. Взгляд старшего Кочовалы — пугающе спокойный, в нём нет угроз, но ослушаться этого взгляда никто не рискнёт. Семья держит в порядке не только территорию, но и принципы. В банде распространять наркотики

Все сходятся на крымском берегу: семья Жилиных снова вместе, хоть и не по собственной воле. Старый дом пахнет минувшими годами. Николай, суровый замкомандира симферопольского «Беркута», возвращается с военной прямотой. Андрей, его брат, точный, нервный — московский хирург. Наталья, их сестра — преподаватель гимназии, в голосе и походке у нее что-то тяжёлое и не отпущенное. Они приехали хоронить отца. Только под крышей родного дома, где когда-то был их общий смех, — теперь настороженность,

Дэвид Чон обосновался в Южной Корее, держится стороной от лишних глаз. Быть чужим ему привычно. В прошлом он работал на американскую разведку, теперь предпочитает тишину. Только прошлое не прощает легкомысленных попыток исчезнуть. Организация, скрывающая свои мотивы за занавесом секретов, принимает решение убрать его. Они выбирают лучшего исполнителя — Ребекка. Она молодая, у нее холодный прицел и наработанная привычка не думать о прошлом. Она уверена: отец погиб давным-давно, остался только в

В сумерках кладбищенская тишина смешивается с едким запахом травы. Алья и Джихан подходят к могиле — пучки зелени расползаются по плитам, скрывая следы времени. Прошлое не перестаёт тянуть за сердце. Они пришли поговорить с Борраном — до сих пор с ним не простились, ни с собой, ни друг с другом. Джихан держит паузу, подбирает слова, будто каждое должно быть услышано на том свете. И вдруг рядом, почти неслышно, появляется женщина, ставит цветы, будто гуляла здесь всегда.Алья насторожённо смотрит