Боевики

Иван когда-то был полицейским. Теперь у него совсем другая судьба — затхлый воздух залов суда, бывший враг напротив, тяжелые взгляды. Шесть лет назад этот человек отнял жизнь у напарника Ивана, подбросил улики — и Иван оказался за решёткой, забытый, списанный, растоптанный. Его освободили, но прошлое не сотрёшь — оно сидит в спине, как старый осколок. В зале суда Иван вновь видит того, кто разрушил его жизнь. Вновь убийство, вновь громкие обвинения, но обвиняемый только ухмыляется. Ему снова

Минул месяц. Артём с Кирой затаились — городишко маленький, Глебск, выдумывать историю не надо: он горячку давно остудил, она почти не спрашивает. Придерживаются теней, не шумят. Ждут и слушают, как живут тусклые дома по соседству. Волков медленно возвращается к жизни. Тело ещё напоминает о себе — рана ноет, иногда не даёт спать, зато мысли стали яснее. Ему по-настоящему страшно впервые за годы. Россия встречает сурово: оглядись — и кажется, за каждым углом может быть беда. Волков улавливает

Максу Горячеву давно уже тепло неведомо. Его жизнь — будто затянувшийся ожог, что не заживает, а только ноет сильнее с каждым годом. Потеря жены высекла в нём беспросветную пустоту, однажды застывшую — теперь всё внутри будто выгорело. Этот вакуум давно толкает его дальше, заставляя хвататься за любую задачу. Работать — не просто способ держаться на руках, а почти необходимость дышать. В каждом новом деле он будто ищет спасение, но всё больше понять: другого пути у него нет. Уставы вызывают у

Они появляются внезапно, без предупреждения. Наемники, вооруженные под завязку, словно тени, накрывают за раз сразу троих: Идальго, Вдову, Пилигрима. Остальных из некогда грозной группы 0-18 не осталось. Тем, кто еще жив, теперь некуда бежать. Пилигрим не знает покоя. Третий сезон подкидывает ему новые дела, опасные, закрученные так, что голова идет кругом. Его гонит внутренний механизм — он не из тех, кто может пройти мимо чужой боли. По стране растекаются линии его путешествий: где-то шумят

В смутных девяностых Артём Волков был кличкой, способной оставить холод во дворах — его боялись и уважали наперебой. Не было на районе человека, который не слышал бы о нём: кто-то шептался у подъездов, кто-то следил украдкой. Он пережил не одну засаду. Но удаче любой приходит конец. Пуля дошла до адресата. Похороны собрали весь срез жизни Волкова — там перемешались друзья и противники, родные и мимолётные случайные знакомые, те, на чьи судьбы он влиял каждый своим способом. Казалось,

Он мечтал о тишине у моря и долгих утрах без расписания, но едва Кучеренко сдаёт бразды правления сыну, как спокойствие исчезает навсегда. Виталия похищают — дерзко и бесшумно, будто его несуществовало. Для главы семьи шок быстро сменяется внутренней тревогой. Опыт подсказывает: государству доверять нельзя, а любое слово лишним эхом обрушит и без того хрупкую репутацию бизнеса. Кучеренко тянется к старым связям. Консалтинговая компания всегда решала его проблемы быстро и без лишнего шума. Там

1944 год. Лето короткое, впереди финал. Война почти докатилась до конца — но немецкая машина пока не сдалась. В верхах германского командования без устали крутят глобусы, выстраивают новые западни, ищут там, где, кажется, уже не осталось выходов. Их надежда — разведка: хитрая, беспощадная, по-прежнему опасная. Главными в этой табачной, тревожной дымке оказываются капитаны советской контрразведки. Константин Лавров — пожилевший за эти три года, с тяжелым взглядом, в котором подспудный страх

Новый сезон для Фомина начинается не с триумфа, а с тревоги. Сын взял вредную привычку попадать в плохие истории, так что опытный командир теперь разрывается между выправкой и отцовством. Никакие наставления не работают — приходится вытягивать парню уши из огня почти каждую неделю. Сердце не выдерживает хладнокровия, когда на кону — семья. В любовных фронтах тоже перемены. Наталья Зубкова, неукротимый следователь из тех, кто не терпит фокусов, вдруг видит в Фомине не просто командира, а

Алья ступает на землю Мардина с тяжёлым сердцем. Канадское небо осталось позади, впереди — тысячи неизвестностей. Её рука крепко держит сына. Сжата до боли. Она приехала сюда исполнить волю Борана. Закрыть тяжёлую главу жизни, отпустить мужа так, как он просил — на родной земле. Но, судя по взглядам на улицах, всё здесь обернулось иначе. Больше всего Алья не ожидала, что сын вдруг окажется в самом центре внимания. Он — единственный прямой наследник клана Албора. Здесь это больше, чем просто

Леша еще не ощущает тяжести взрослой жизни. Ему девятнадцать. Мир широк, но не слишком добр. Деньги нужны позарез, а когда студенту светит быстрый заработок, трудно устоять. Тут появляется Шкурный, блогер с широкой улыбкой и голодным взглядом: предлагает ставки, обещает просмотры и славу. Все просто — выигрываешь или хотя бы проигрываешь эффектно, а там уж публика оценит. Условия суровы. Придётся сесть за старенькую «жигу» деда. Не дрифтануть в тени боксов — здесь всё будет наглядно, камеры