Русские

Нина привыкла к роскоши: мрамор под ногами, тишина дорогих комнат, всё чинно и предсказуемо. Но предательство мужа режет больнее всего. Она забирает сына и уходит, не оглядываясь. Теперь ее жизнь — съёмная квартира, невысказанная усталость, попытка начать заново. Работа помогает не сойти с ума. В архитектурной студии, за макетами и планами, привычный ритм сбивается, когда среди заказчиков вдруг появляется Клим. С детства он был для неё другом, а теперь стал родным по боли. Он тоже пережил

Лидия возвращается в родной город с усталостью в глазах и чужим грузом за плечами. Предательство мужа, невозможность стать матерью — всё это тянется следом, как тень. Дом бабушки — её последний якорь, кусок памяти, который хочется отдать прошлому. Она решает: продаёт его и ставит точку. Начинает жизнь с чистого листа. Но город встречает её не только пустыми улицами и узнаваемым запахом яблочного варенья. Она сталкивается лицом к лицу с Михаилом. Первая любовь — теперь мужчина с потухшим

Паша знает мясо. Он умеет расщеплять огонь, ловит запах кетчупа, рубит на части дни своей жизни точно так же, как режет лук для шашлыка — быстро и по делу. Вино для него всегда было просто кислой жидкостью, разлитой по красивым бутылкам и непонятно зачем нужной на столе. Но случай требует иных решений. В компании сурового отца и сына Кости он отправляется на юг — не по прихоти, а ради права на наследство, половину винодельни, которой давно не видел. Вторая половина — у Сергея Гордеева. Он

Иван привык к ощущению полной самостоятельности — ни перед кем не в долгу, для самого себя всегда на первом месте. Престижная должность, любимая, для которой он — целый мир, и ещё одна жизнь на стороне. В планах всё расписано: и доходы, и удовольствия, и никакой лишней досады. Но на границе между очередным вечером и новым утром вдруг рушится привычный уклад. Авария — короткий, хлёсткий обрыв. Очутившись в неком месте между мирами, Иван встречает Беса, скользкого и улыбчивого. Тот сразу

12 августа 2012 года. Лондон, выставочный центр «Эрлс-Корт». Люди заполняют огромный зал, воздух звенит от ожидания. Вокруг — гам, взволнованные разговоры на разных языках. По ту сторону экрана миллионы. Все они ждут — вот-вот начнётся главный матч Олимпиады. Финал мужского волейбольного турнира. Россия против Бразилии. Для кого-то уже решено: золото увезут те, за кем закрепилась слава и богатство. Бразильская команда — кумиры публики, успешные, уверенные, у них всё под контролем. Блестят

Лето 1941-го. В Алма-Ату один за другим тянутся эшелоны: заводы, фабрики — всё, что удаётся вывезти из-под огня. Механизмы демонтируют наскоро, бережно укутывают ящики с деталями, в темноте погружают в вагоны — и на восток, подальше от линии фронта. К сорока новым предприятиям город не был готов, но выбора не было. Каждому — найти помещение, провести свет, зажечь станки. Дни без конца — на запуск, на отсчёт. Вчера ещё здесь кипела мирная и медленная жизнь, а теперь по площадям катятся ящики

Шесть лет назад Николай Немов, капитан спасательной службы, сумел поднять из глубины затопленной шахты целый класс выпускников. Правда, счастливого финала тогда не вышло — одним подростком меньше. Тот мальчишка был женихом его дочери, и утрата навсегда поселилась между ними пустотой, которую трудно заполнить словами. Шли годы. Боль отступила, но не исчезла. Дина научилась дышать ровно, даже смогла полюбить снова. Вот и день её свадьбы — светлый, долгожданный. Николай приехал, чтобы быть рядом и

Реальность далёкой войны обычно скрыта в зернистых кадрах и приглушённых полутонах старой хроники. Но теперь событию возвращён цвет — живой, подлинный. В основе документального сериала лежит поистине кропотливый труд: военные ленты, снятые в 1941-1945 годах, прошли через руки реставраторов и специалистов по работе с изображением. Здесь нет случайных решений. Каждое мгновение прошлого оживает по-новому. Над этим трудились не только опытные архивисты, но и целая команда разработчиков. Они создали

Макс жил рывками, без особых чудес. Северная столица принимала его равнодушно — редкие встречи с друзьями, быстрая работа, уличный холод и городская суета. Всё меняется, когда он знакомится с Настей. Эта девушка словно солнечный отблеск во дворах, где вечный полумрак. Лёгкая улыбка, свободная походка — с ней говорит даже тишина. Макс быстро теряет голову. Вместе — яркие дни, ночные прогулки, напряжённая сладость новых чувств. Но жизнь редко оставляет покой надолго. Варёный свет больничной

Лето 1945-го. Война на западе почти стихла, и часть закалённых баталиями дивизий отправилась в новый поход — на восток, где ещё сжимали кулаки японские армии. Глубокой ночью, под дождём, в лагерь одной из этих дивизий прорывается странный человек. Это Хламов. Уставший, худой, с воспалённым взглядом. По-русски он говорит с лёгким акцентом — сбился за годы скитаний. В руках у него судорожно сжат кусок ватника. Хламов рассказывает: он — русский эмигрант, узник жутких лабораторий, известного как