Детективы

Ольга Петровна Туманова каждый день переступает порог издательства, где бумага шуршит не громче досужих разговоров о чужих бедах. На вид она строга и собрана, но глаза светятся живым любопытством, способным подхватить самую незначительную улику с равным азартом сыщика или писателя. Детективы для нее — не просто книжная страсть, а вечное учебное пособие, из которого она вытягивает тончайшие нити логики. В отделе привыкли: если Ольга Петровна берётся разматывать какую-нибудь путаницу, исход

Вера Филатова упорно складывает осколки — сына, надежду, глухую веру, что когда-нибудь дом наполнится теплым светом. Всё кажется простым: разговор, объятие, однажды — смех за общим столом. На деле — выматывающая борьба. Сын отчужден, будто оброс панцирем, а сама Вера, пытаясь достучаться, только ранит себе руки о его преграды. Каждый вечер она повторяет про себя: «У нас получится». Настойчивость в голосе, даже если в душе — усталость. В жизни Веры решения откладывать нельзя. Работа ждет её

Алиса Захарова — не из тех, кого легко удивить. За годы работы в следствии она повидала многое, но на этот раз что-то сразу не сложилось, словно пазл с исчезнувшими кусочками. Преступление дерзкое, почти театрализованное — и совсем не укладывается в банальные варианты. Всё бы пошло по накатанной, если бы не свидетель. Никита Тарасов приходит на допрос, аккуратный, уверенный, явно привыкший держать удар. Он выложил целый спектакль: описал убийство до малейшей детали — жесты, тени, даже запахи. И

Где-то в сердце Африки, в стране, где пыль забивается в обувь, а воздух густ от жары, вспыхивает новая беда — неведомая эпидемия, несущая хаос. Местная миссия врачей спешно уходит, не выдержав натиска болезни, и в опустевшие медкорпуса приезжают другие. Это россияне. Их ведёт вперёд непритворное упрямство — впереди идёт Иван Матецкий, вирусолог в звании полковника. Он привык встречать опасность без тени сомнений, знает цену человеческой жизни. К добровольцам присоединяется местная врач Софи

Осень 1986-го. Вашингтон дрожит в тихой тревоге — впереди саммит в Рейкьявике. Советский и американский лидеры должны решить: свернуть ли гонку вооружений, остановить шепот ракет, лязг металла. Но в тени ярких заголовков шатается колос на глиняных ногах — промышленная махина, что кормит тысячи, держится на страхе перед врагом. Миру грозит невероятное: если договор случится, пушки замолкнут, оборонные бюджеты иссякнут. Это слишком опасно для тех, кто привык управлять потоками денег и людскими

30 декабря. Петербург окутан серым рассветом. Эля уже проснулась до звонка будильника и, не до конца веря собственному счастью, собирает чемодан. Впереди — встреча с женихом, которого видела только на экране. Их первое настоящее свидание превращается в новогоднюю авантюру: билет до Москвы, вечерние огни, новый этап жизни. Жених присылает короткое сообщение — просьба практически служебная: прихватить кейс с документами, который ей должны передать прямо в аэропорту. Эля немного нервничает, но

Маню Поливанову круговорот рутины доконал: свежий роман не складывается, вдохновение рассосалось, словно утренний туман над рекой. Она бросает город и уезжает туда, где проще дышится — в тихий Беловодск, поселившись на окраине, в доме у самой лесной границы. Тишина здесь особенная, вязкая, в ней слышно даже, как старый петух перебирается через огородный забор. Дни текут неспешно. Маня расставляет книги на полках, пьёт пряный чай и надеется, что время выведет её из творческого тупика. Но покой

Надя Дьяконова живёт на границе дороги и поля, работает в крохотном магазине, где каждый покупатель давно стал приятелем. Казалось бы — тишь да гладь. Но однажды простая жизнь трескается: неожиданно обрушивается долг. Кредит оформлен на Надю, а дом — под залог. Так «поблагодарил» муж Михаил, исчезнувший к Лере из соседней улицы и не потрудившийся развестись. Деньги банка он спустил на фургон — сделал себе автолавку, да и след его простыл. Надя теряется в ледяной растерянности. Если ничего не

Капитан Осокин всегда чувствует тревогу чуть раньше других — так устроены все, кто ведёт людей за собой, когда вокруг тьма. Очередная тревога на службе не предвещала беды, но отправилась группа на вызов без тени сомнения. Двор встретил их тишиной, а через минуту воздух наполнился свистом пуль. Не раздумывают такие, как Осокин — в огонь, плечом к плечу. Порс падает внезапно, срываясь на земли. Ранение серьёзное, времени почти нет. Зуев — добрый, всегда смеявшийся, — больше не поднимется вообще.

Майор Евгения Фирсова привыкла полагаться на себя. Она знает город по нервным пульсациям, соратников — по взгляду. После убийства полковника Платонова её настойчивость превращается в единственный щит. Она не ищет лёгких ответов, упрямо копает глубже, разбирается в деталях, когда остальные идут по касательной. Шаг за шагом, Евгения выходит на след внутренней банды: в самом сердце ОБЭП прячутся те, кто сами же создают хаос. Она видит, как привычный порядок рассыпается в пыль от скользких сделок и