Русские

Густые сибирские леса. В их глубине, где снег укладывается медленно и навечно, живут Шлыковы — семья староверов, упрямо хранящая обычаи и тайны. Их дом — затерянная в безмолвии изба; глаза привыкли видеть лишь горизонт льдов и вершины древних елей. У Шлыковых есть реликвия — чудотворная икона. По преданию, когда-то она спасла одного местного боярина Морозова, а после его падения волею судьбы оказалась у этих таёжных отшельников. Молва разносит по округе шёпоты о её силе: будто бы молитва перед

С виду у Маргариты — хрустальная витрина для чужих завистливых глаз. Гладкая жизнь, в которой всё, как кажется окружающим, сверкает и играет. Но тонкое стекло не выдерживает первого удара. Всё рушится почти одновременно: муж изменяет, и после долгих объяснений за ненавистным кухонным столом становится понятно — развод неизбежен. На работе задерживают в коридоре и в паре сухих фраз избавляются от неё, словно от мешающего чемодана. Дочь-подросток будто подменили — та, ещё недавно весёлая,

Клим и Добрыня знают друг друга с детства – их судьбы спутались в стенах волгоградского детдома, где каждый день словно экзамен на выносливость. Там, среди равнодушия и суровости, их дружба стала единственной опорой. Вместе они проходили через боль, делили мечты, учились не сдаваться, даже когда вокруг сгущалась темнота. Дружба была их спасением. Выросли — и решили оторваться от прошлого, как будто детство можно оставить за порогом. Новый адрес — Москва. Бесконечные огни, суета метро, надежда

Женя Сосновская живёт с одной навязчивой мечтой — однажды создать лекарство против рака. Её дни расписаны до минуты: учёба в университете, ночные смены, случайные подработки. Очередная работа приводит её в Ледовый дворец. Там — прохлада пустого катка и нескрываемый запах хлорки. Всё кажется обычным, пока в один из первых смен тренер Андрей Вершинин не падает на лёд, схватившись за бок. Крик, суета на льду и беспомощное движение фигуриста. Женя случайно становится свидетелем катастрофы.

Когда-то, в самом начале жизни, их судьбы развела нелепость или чья-то бездушная бумага. Дарью увезли из детского дома, когда она была еще крохой, пятилетним ребёнком, который только научился различать своё имя среди других. Её усыновила состоятельная семья — теперь мать надевала на нее красивые платья и приучала к строгому миру большого бизнеса. Кристина осталась в приюте. Не видела роскошных комнат, не знала заботливых рук. Выросла, будто закалившись в проруби — быстро, без права на нежность,

Анна и Сергей Кононовы жили обычной, пусть и немного суетливой семьей, пока одна новость не выдернула почву из-под ног. Семь лет они называли дочерью ребёнка, который оказался им чужим. Когда-то, много лет назад, Аня решилась на ЭКО. Тогда всё казалось простым — клиника, уверенные врачи, ожидание. Никто и представить не мог, что из-за схожих фамилий двух женщин в бумагах перепутают всё самое важное. Забавно, если бы не было так больно. Потрясение едва улеглось, как надо было принимать решение.

Ночь. Шоссе пустынно, только редкие огни машин мелькают вдалеке. Ольга и Дмитрий едут молча — спор растворился в усталости за долгий день. Неожиданно из темноты выныривает искорёженный металл. Авария. Сквозь пелену дыма доносятся крики. Действовать нужно быстро — секунды тянутся вечностью. Дмитрий отрывает двери, Ольга цепляет за рукав девушку, на чьём лице дрожит страх. Людей удаётся вытащить, но когда сирены гудят всё ближе, становится ясно — одного спасти не удалось. Парень погиб на месте,

Вера — человек слова, но не семьи; она хранит тишину библиотечных залов строгой, правильной поступью. Вечерами её не ждут нежные голоса, только книги и собственные мысли, полные сожаления. Однажды всё перемешалось — случайная встреча на улице, и цыганка с черными глазами вытянула её за незримую грань. В этот момент жизнь Веры словно закончилась и тут же началась другая, резкая и незнакомая. Здесь нет ни корешков книг, ни уюта старых стен. В этом мире Вера — совсем не Вера из прошлого. Теперь у

Американские университеты пахнут кофе и возможностями. Мария Бутина, тяжело волнуюсь, переступает порог чужого мира — здесь всё кажется открытым, даже чужие взгляды не тревожат, пока ты веришь в свои идеалы. Её встретили как студентку, но за улыбками преподавателей и сверстников затаилась напряжённая тишина. Всё ломается, когда случайная улика опрокидывает устоявшееся представление о реальности. Мария чувствует — из-за занавеса вежливости проступает нечто опасное. Она идёт за правдой, задаёт

В городке, где новости устаревают ещё до печати, Юра день за днем записывает будни. Редакция провинциальной газеты — его второй дом, а работа кажется бесконечно предсказуемой. Вечерами слышно, как он переставляет тапки в редакционном коридоре. Никто не ждёт сенсаций, все знают друг друга по именам. Но однажды в этом потоке тишины случается пробой. Юра впервые видит то, что объяснить невозможно: обрывочные сцены преступлений, где смерть невидима для чужого глаза. Видения впиваются в сознание,