Детективы

Мир гастрономии встряхивает скандал, от которого дрожат даже привычные к сенсациям столики у окна. Вечер обещал быть фееричным: скатерти белоснежны, блюда сверкают авторскими выкрутасами, сам Максим Ковалёв — безупречный хозяин, гордость города. Его ресторан в разгар презентации нового сета — событие, на которое попасть мечтали многие. Всё складывалось идеально, пока не грянула беда. Максим внезапно падает — холодные пальцы смерти прерывают шёпоты и тосты. Недоумение сменяется ужасом: другие

Игорь Жук ступает на выборгскую землю, и каждый шаг — будто напоминание о чужих правилах. Здесь всё звучит по-новому: другой воздух, другой свет в окнах старых домов. Только одно не меняется — память. Она зудит под кожей, не отпускает. Не успел он распаковать чемодан, как лес под городом выбрасывает страшную находку — тело девушки, изуродованное, словно кто-то старательно стирал следы, но так и не смог уничтожить правду до конца. Слишком много совпадений. Игорь вспоминает другую боль — ту, что

В маленьком городке, укрытом туманной тишиной, однажды ночью ожили древние страхи. По улицам поползли слухи: кого-то нашли мёртвым, безобразно — будто сам дьявол забавлялся. Следователь, в отчаянии листая отчёты, не понимал: преступник словно разыгрывал сцену жуткого обряда. Люди шептались о русалке — гибельной, опасной, будто бы проснувшейся из болотной глухомани. Московский эксперт по ловле неуловимых — Юрий Бахтин — ворвался в этот круговорот суеверий и страха. Он привык доверять фактам, а

Глухо и промозгло на запущенном пустыре. Среди битого стекла и комка травы — тело женщины. Наряд из прошлой эпохи, будто с советских съемок: туфли, плиссированная юбка, водолазка в выцветших полосках. Кира, следователь с недоверием к мистике, хмурит брови: кто она? Возможно, актриса — не хватало только ретро-фильтра. Или кто-то в шутку пришёл на костюмник и закончился праздник совсем иначе. А, может, история и правда играет в загадки? Кажется, это — банальное убийство. Но всплывают детали:

Мила меняет все — адрес, привычки, даже воздух в груди кажется другим. Она ушла из прошлого отдела не только из-за службы. Ей хотелось стереть из памяти того самого Швеца. Теперь вокруг новые лица, другие правила. В комнате пахнет папками и кофе. Женя — молчаливый, но цепкий оперативник. Родионова — командир с днем жестким, а вечером вдруг мягкой улыбкой. Команда совсем не похожа на старую, и это даже радует. Первое их дело странно выбивается из череды рядовых аварийных сводок. Мужчина погиб

Егор Таболин не искал приключений — они сами нашли его. Все начиналось невинно: короткий отпуск, беззаботная прогулка по Минску. Но в один из дней он оказывается в самом центре трагедии — найден мертвым учитель, при жизни славившийся знанием и любовью к древним иконам. Оказалось, все ценные реликвии покойный уже отдал музею, и все же шепчутся: одна, самая редкая, будто бы исчезла. Местные следователи берутся за дело, не подпуская посторонних. Таболин возвращается в Ярославль, но покоя ему нет —

Разводом не удивишь ни столицу, ни Северогорск. Кира Веселова грузит чемоданы в поезд, укутывает дочек в шарфы и возвращается туда, где стоял её первый дом. Старый подъезд, ворчливый лифт, запах краски на лестнице. Михал Михалыч встречает возвращение дочери и внучек с привычной лёгкой усмешкой. Он давно отпустил строгие правила и живёт, как умеет — громко, весело, почти по-царски. Свекровь Киры незаметно становится её единственным надёжным союзником: подбадривает, помогает, отстаивает. В доме

Бронислава выходит на улицу с таким видом, будто и дождь испугается. Она сдержанна до каменного лба, не улыбается даже в те случаи, когда остальные ухмыляются из-под руки. У неё профессиональная хватка, никакой болтовни — всё по делу. Рядом идёт её новый напарник — тщедушный, всегда немного взъерошенный сын профессора. Он погружён в книги, в глазах — музейная пыль, на ботинках — уличная грязь. Им вместе выпало разобраться в хитросплетении необычного дела, где улики ведут по кругу, а

Заказчик появился без звонка, как тень на пороге. Молча сел, бросил пухлый конверт на стол — сумма в нём обещала покрыть месяцы поисков, не задавая лишних вопросов. Мужчина хотел найти женщину: Алена, любовница, исчезла едва ли не при нем. «Помогите», — сказал он тихо, будто боялся обидеть воздух. Я взялся за дело. Всё выглядело скучно и ровно — будто судьба Алены проживала тихую, выцветшую жизнь. Серые будни, ни подруг, ни врагов, даже старых обид. В адресной книге — номера, в которых трудно

Иван Корнилов когда-то знал, как держать удар — спецназ, адреналин, чёткий распорядок. Но после жёсткой ссоры с начальством и того ещё более хриплого разрыва с любимой ему вдруг стало нечем дышать в Москве. Метро жужжит, огни светят — а сердце пустое. Он решился: оставить всё, выжечь свою прошлую жизнь до тла. И случай не заставил себя долго ждать — вакансия в колонии-поселении, работа оперативника. Не столица, не блеск, зато воздух другой и прошлое не так сильно давит на виски. Расследование