Детективы

Лера Горская, на экране — Лилит. На огромные телеэкраны выходит с загадочной улыбкой и светом в глазах. Публика смотрит, замирая: ей по силам то, что другим не под силу. Она будто угадывает мысли, видит скрытое, лишь тронет ладонью забытый предмет — и история оживает. Люди верят: у Лилит не просто талант. Они верят в её дар. Очередной выпуск шоу начинается как всегда: интрига, вдумчивый голос ведущего. Лилит уверенно берётся за новое задание. Но обычная для телекамер находка вдруг становится

Седое утро у причала. Рыбаки вытаскивают очередной улов — и натыкаются на то, что не предназначалось для человеческих глаз. В сетях запуталось тело молодого мужчины, Анатолия Ильина. Холодная вода не скрывает ужас — лишь подчеркивает его. В это же время исчезает дочь местного магната: Оля Немченко просто исчезает из жизни родителей. Обычная суета города сменяется тревогой. Александра Москвина берёт расследование на себя. Она чувствует: случаи неслучайны. Между убийством Ильина и исчезновением

Маленький город у моря. Здесь размеренное течение жизни привычно разбивает лишь ветер с залива. Но однажды утро меняет ход событий: в багажнике автомобиля, утянутого на дно, находят тело молодой девушки. Тишина рушится — место преступления собирает вокруг себя взгляды и шёпоты целого города. Дело достаётся Александре Москвиной. До переезда в столицу остались считанные дни, коробки упакованы, привычные лица уже кажутся далёкими. Она мысленно уже прощается, но расследование не отпускает, не даёт

В службе внешней разведки тревожная ясность: где-то за океаном ЦРУшник выстраивает хитрую игру, тянет за нитки в темноте. За ним — союз, что предпочитает оставаться в тени. Их цель прозрачна: пустить Россию по наклонной, очернить перед остальным миром, обрушить репутацию. Операция продумана до мелочей, проложена через Италию, где связь с мафией прочнее семейных уз. Во всей этой истории ставка делается на тонкую фигуру — молодая женщина, давно внедрённая как «спящий агент». Жизнь, распахнутая на

Вадим Тарасов когда-то работал в органах, жил гонкой, острыми углами и чувством риска. Теперь всё это позади - он возвращается домой, усталый, словно с пересохшей душой. Хочет расставить прошлое по полкам, начать заново, пусть даже с чистого листа, которого не существует. Первыми встречает его не праздники — а будни. Центр занятости пахнет унылым кофе, чужими надеждами и безнадёжностью. Среди сотрудников — Вероника. Она будто растворяется в пространстве: ни слова лишнего, взгляд затушён огнём

1944 год. Грохот войны не утихает ни на день. За линией фронта наши бойцы находят раненого. Незнакомец в потёртой форме, без знаков отличия и памяти. На лице только усталость, в глазах – пустота. Его приводят в Особый отдел. Там быстро выясняют: это майор Егор Петров, разведчик, ушедший неделю назад с группой за линию фронта. Вернулся один. Никто до конца не знает, что с ним случилось – память на замке. Петрова назначают командиром инженерно-сапёрной роты, прозванной в окопах «собачьей». Здесь

Константин Трошин возвращается из ада войны и тычет носом в мирную жизнь, как в ледяную прорубь. Победа — трудная, кровавая, слитая с потом и потерями — стала точкой новой боли. На работу в МУРе его больше не ждут. Старый конфликт с крупной шишкой из НКГБ обрубает все былое — теперь он без формы, без прежнего звания. Милиция, которой он служил сердцем, стала запретной. Что делать, когда по-другому не умеешь? Трошин находит, казалось бы, тупиковый вариант: устраивается участковым в Марьиной

Арест перекраивает жизнь Трошина, словно взмах ножа по старой скатёрке — всё, что раньше казалось прочным, рвётся в одну ночь. Освобождение достаётся ему ценой слишком высокой: теряет не свободу — любовь. Его чувства с Ниной проходят сквозь шторм. Молчание между ними становится густым, нарастание тревоги дает о себе знать в мелочах, как ржавчина на любимой кружке. Тем временем Трошин снова надевает свою старую фуражку. На улицах Марьиной Рощи больше не пахнет цветами победы — воздух сгустился,

Звали его не по чину, а по привычке — Майор. Между мягким отголоском прозвища и должностью капитана юстиции Майорова терялось официальное, оставалось человеческое. Становиться хранителем порядка его учил дед: настоящий зверь советской оперативки, на работу шёл как на войну, домой заходил редко. Майоров как будто скопировал судьбу легендарного деда: привычки, взгляд, даже гардероб — всё до мелочей и по ранжиру. Две куртки на вешалке, три рубашки ровными стопками, жизнь подчинена строгому

Старолесск встретил гостей без суеты, будто и не виделся до этого ни с Кулыгином, ни с Балабиным, ни с привычно озабоченным Бимом, за которым, чуть опаздывая, выбежал его приятель Прошкин — сменщик Макара Климова, застрявшего на больничной койке из-за аппендицита. Скоро подтянулись Соболев и Сотников: их доставили дороги, длинные поезда, какие бывают у мужчин, когда вслед за письмом крепнет беспокойство. У каждого из них в руках — одинаково неловко сложенное письмо с детским почерком. Автор