Женщина без чувства юмора

Бронислава выходит на улицу с таким видом, будто и дождь испугается. Она сдержанна до каменного лба, не улыбается даже в те случаи, когда остальные ухмыляются из-под руки. У неё профессиональная хватка, никакой болтовни — всё по делу. Рядом идёт её новый напарник — тщедушный, всегда немного взъерошенный сын профессора. Он погружён в книги, в глазах — музейная пыль, на ботинках — уличная грязь.
Им вместе выпало разобраться в хитросплетении необычного дела, где улики ведут по кругу, а подозреваемые умеют держать язык за зубами. С первого дня между ними завязывается нечто особенное, что-то настолько непростое и личное, что на этом фоне любые служебные инструкции кажутся ненужным балластом. Бронислава твёрдо берёт инициативу: на площадке за домом она заставляет напарника учиться стоять на ногах, держать удар. Каждый её урок похож на фонарный столб — светлый, резкий, не дающий повода расслабиться.
Вечерами меняются роли: худенький антиквар, кажется, расцветает, когда речь заходит о древних вазах или картинах. Он с жаром объясняет Брониславе, как устроено искусство, показывает ей, что за серебром потёртой рамы прячется прошлое целых эпох. Девушка слушает, морщит лоб — не сразу ловит смысл, но постепенно затягивается, словно сама становится частью этой тонкой игры.
Их упрямство, чужие мысли и неожиданные открытия превращают служебные будни в нечто куда более настоящее, чем просто заурядное расследование. Со временем они оба начинают меняться — Бронислава учится не только бить, но и различать оттенки глазури на китайских статуэтках, а её спутник с трудом, но всё-таки избавляется от страха перед реальной опасностью. На их фоне даже самое запутанное дело начинает выглядеть шаг за шагом решаемым. Всё перемешивается — опыт, характеры, тихие недовольства, редкие улыбки — и выливается в комичный, но живой союз.