Моя родная

В Сосновом всегда пахло смолой и речной водой. Здесь люди не жили богато, но любили землю свою упрямо, как любят её только те, кому здесь рождаться и умирать. Вдруг над деревней разросся новый слух: приезжие хотят снести Сосновое, поставить заборы, асфальт, коттеджи с ровными газонами, чтобы золото купюрами шуршало в бумажных ладонях новых хозяев. Жители в тревоге — вынуть корни из родной почвы, забыть захороненные у берёзы секреты — c этим не согласиться невозможно.
Первая вышла Лера, тонкая, с загорелым лицом. Нет, голос её не звучал резко — просто в ней помнилась любовь Матвея Петровича к этим местам и историях под вечерним небом. Она впервые увидела Влада у реки — и растерялась от хрупкой радости. Только не знать ей было: Влад — чужой. Он не просто посторонний. За его спиной тень начальницы Ангелины, женщины сильной и непреклонной, готовой сломить вековой уклад ради отчёта об очередной «перспективной инвестиции». Влад запутался: долг и нежность, деньги и корни. А деревня вдруг стала дышать по-новому, будто сама решала: бороться или смириться.